12 заметок с тегом

читательский дневник

Позднее Ctrl + ↑

Нина Георге. Лавандовая комната

Дмитрий Сергеевич Лихачёв в «Письмах о добром и прекрасном» говорил, что к формированию домашней библиотеки нужно подходить ответственно и не покупать книги для «одноразового чтения». У меня этого пока не получается, и ещё одно тому подтверждение — «Лавандовая комната» Нины Георге. Я человек простой: вижу надпись «Бестселлер немецкого автора» — покупаю. Такая импульсивность стоит мне пустых карманов и пустых надежд.

Роман повествует о жизни пятидесятилетнего торговца книгами Жана Эгаре, его прошлой любви и любви настоящей. По большому счёту в книге можно выделить две линии, которые касаются книг и любви, и первая из них мне понравилась гораздо больше. Объясню почему.

Нина Георге интересно обыграла концепцию книги как лекарства. Магазин героя располагается на барже и носит название «Литературная аптека» (мне сразу вспомнилось одно стихотворение Эдуарда Асадова). Герой продаёт книги не столько ради прибыли, сколько ради помощи людям. Даме с разбитым сердцем и низкой самооценкой он советует одно, разъярённому владельцу плавучего средства — совершенно другое. Для каждой жизненной ситуации своя книга. Получается, что поход в книжный заменяет сеанс у психолога. Для Жана спасением стали «Южные огни» Санари, которые, к сожалению, существуют только на страницах «Лавандовой комнаты». Но самое полезное, что я извлекла из романа Нины Георге, — ссылку на «Лирическую домашнюю аптечку доктора Эриха Кестнера».

Что касается любовной линии, то здесь можно вспомнить великого Станиславского и воскликнуть «Не верю!». Мотивация героев, равно как и конфликты, кажутся неправдоподобными и крайне поверхностными. Французское имя героя — говорящее. Это становится понятно, когда один из персонажей переиначивает его на английский и итальянский манер: Джон Лост и Джованни Пердито соответственно. По-русски Жан Эгаре превратился бы в Ивана Потерянного. И он действительно потерянный, только его мне почему-то совсем не жаль. В конце книги он вновь обретает себя после длинного путешествия по Франции.

Жан Эгаре путешествует с севера Франции на юг. На первой фотографии Париж, а на второй — Бонньё.

Если вы любите книги и Францию и не сильно придираетесь к проработке персонажей, то «Лавандовая комната» может вам понравиться. Книга в переводе Романа Эйвадиса читается легко.

2018   читательский дневник

Эдвард Резерфорд. Ирландия

Сперва я захватила «Ирландию» в книжном, а затем Ирландия захватила меня — после осады в несколько месяцев.

Всем известно, что такое долгострой, а в речи вязальщиц иногда встречается слово «долговяз» — проект, который всё никак не закончишь. У меня с книгой Эдварда Резерфорда случился долгочит, потому что последнюю страницу объёмного исторического романа перевернула спустя четыре месяца. Я себя оправдываю тем, что почти килограммовое издание тяжело возить в женской сумке по электричкам и метро (у меня ведь туда меньше еды поместится, а на одной духовной пище весь день тяжело). На самом деле, книга требовала вдумчивого чтения, чего не всегда хотелось перед сном. Но она стоит потраченного времени.

Особенность романов Эдварда Резерфорда — раскрытие истории страны через жизнь отдельных семей, которые прослеживаются сквозь поколения. Вымышленные персонажи вводятся постепенно, а фоном для их переживаний и действий служат реальные события.

К концу книги линии героев тесно переплетаются и становятся похожи на ирландское кружево.

Думаю, надолго в памяти останется история любви Дейрдре из клана Фергуса и древнего ирландского принца Конала, изумрудные глаза их потомков, обряды друидов, битва при Клонтарфе, защита поместья при помощи стада скота и жизнь средневекового города со всеми её перипетиями. По моему опыту, те книги, читать которые нелегко, оставляют самые яркие образы — так было и с романом-дилогией Ивана Ефремова «На краю Ойкумены», где хрупкий человек противостоит мощи природы. А вообще любая книга, действие которой разворачивается в подобных пейзажах, не может быть плоха.

На первой и второй фотографии — долина Глендалох в графстве Уиклоу, на третьей — скала, соединяющая остров Ирландс-Ай с островком Тулла.

Я читала книгу в переводе Татьяны Голубевой. Труд титанический, и мне бы очень хотелось задать несколько вопросов о процессе работы, но я, к сожалению, не смогла найти контакты. Русское издание вышло спустя тринадцать лет после публикации оригинала — наверное, «Азбука-Аттикус» открыла для себя книги Резерфорда после успеха «Парижа». В издательстве появились «Лондон», «Нью-Йорк», «Сарум» и, как я сейчас обнаружила, «Дублин» — продолжение ирландской саги. Между тем у британского писателя есть роман о России (Russka, 1991). Он уже скачан на телефон и ожидает своего часа (или пятидесяти часов, здесь как посмотреть).

Наступила полночь, а я не придумала, как закончить заметку, поэтому просто поcмотрите риверданс. У меня мурашки по коже на протяжении всего концерта, но вот самые крутые моменты:

  • 0:55 — открывающий танец;
  • 20:02 — парень в кожаных брюках показывает парням в обычных брюках, как нужно танцевать (без музыки!!);
  • 56:10 — ирландский риверданс vs американский степ (Версус в мире танцев — пошумим степовками);
  • 1:04:22 — артисты русского балета;
  • 1:25:57 — финальный танец.

Вывод такой: если вам кажется, что всё легко и вы сейчас сможете сделать точно так же, значит перед вами профессионал, и вы не видите весь объём подготовки и часы, потраченные на приобретение опыта. Это касается и перевода, и хореографии.

2018   читательский дневник